О ты, лицом и осанкой юный!









О ты, лицом и осанкой юный!
О ты, пророческим взором старый! —
ты перепутал ее с Фортуной
и почему-то назвал Тамарой

Зачем ты принял такую муку —
скользя невидящим взглядом мимо,
сейчас Тамара поднимет руку —
и смолкнут звуки оркестров мира.

На волю рвутся из сети птицы,
на смерть грядущую невзирая.
Сказал — Любимая — нет! —Убийца!
— Люблю! — а слышалось — Умираю!

Когда щекой ее ног касался,
когда за руку ее держался —
то мир огромным таким казался —
и в точку боли внезапно сжался.

И свет, неровный и угловатый,
обжег пространство души пустое.
Оно смертельно, как Силикаты.
Туда пытаться войти не стоит.

Но далеко-далеко, над входом
сверкнул лоскут синевы небесной...
Смотри! Ты видишь — она — Свобода;
равнять с Фортуной ее нечестно.


1988 г.




© Анна Комарова. К списку стихотворений.